25 ноября 2021, 13:30
2021-11-25T13:30:52+10:00 2021-11-25T13:30:52+10:00

«Гиппократ», который не сдержал клятву

История о том, как медицина "убивала"
https://pixabay.com/

В далеком 2010 году холодный ноябрь не предвещал ничего плохого. Семья Сергеевых радовалось богатому урожаю, собранному в последних числах октября, и предстоящему новому году, до которого оставалось чуть больше месяца.

«26 ноября, как помню сейчас, было очень холодно. Накануне шел сильный дождь, который к утру превратил всю дорогу в кристальный лед. Но мы с мужем все равно поехали в ближайший магазин за покупками. Ожидали из города приезда детей, которые хотели немного побыть дома перед очередной сессией», - вспоминает Наталья Ивановна Сергеева.

Дорога была короткой, магазин – излюбленным и привычным, поэтому его порог переступали уверенно. Какое-то мгновение и перед глазами показались унылые зеленоватые стены больничного коридора.

«Я вообще не поняла, что произошло. Пришла в себя, как узнала позже, в хирургическом отделении. Правда, не в палате, как нормальные люди, а на кушетке прямо около выхода из отделения. Все тело болело, голова кружилась даже лежа. Я предприняла попытку встать, но тело пронзила такая боль, что на мои крики отовсюду повыскакивали медицинские работники, которые еще и нагрубили мне за шум», - рассказывает женщина.

Дальше было как в сказке – чем дальше, тем страшнее. Супруг Натальи Ивановны ощутил все прелести современной медицины, когда пытался спускать и поднимать свою жену на каталке по лестнице, ввиду неисправности лифта.

«В итоге мне диагностировали сотрясение головного мозга, множественные ушибы, переломы ребра и шейки бедра правой ноги. В больнице предупредили сразу, чтобы я не надеялась на чудесное исцеление в возрасте 60 лет. Подобные переломы не всегда срастаются и тем более, не всегда позволяют человеку вернуться в прежнюю физическую форму, особенно в пожилом возрасте. Нас подготовили к тому, что я никогда не смогу пойти», - поделилась пенсионерка.

Она вспоминает, как после установления диагноза ее благополучно вернули на свое место – в коридор, а родственников настойчиво попросили ретироваться, а то всех пациентов распугали.

«К вечеру меня перевезли в палату, и пока муж не начал ругаться, мне не торопились оказывать помощь. Я так в дубленке и лежала, даже не обезболили. Когда появился врач, мне сообщили, что в настоящий момент в данном медицинском учреждении мне не могут оказать помощь, так как нет необходимого оборудования для вытяжки сломанной ноги. Потом написали направление в другой город и выпроводили из больницы», - сообщила женщина.

Глава семьи Сергеевых нес Наталью Ивановну на руках к машине, дома спешно собирал вещи, оборудовал в машине лежачее спальное место, а после повез жену в больницу, практически за 400 километров от дома, где помощи ждать не пришлось.

К слову, их молча приняли, оказали первую необходимую помощь и даже сказали готовиться к экстренной операции, правда, сообщили, что рядом необходим кто-то из членов семьи – для ухода.

«В спешке мы не задавали вопросов, не выясняли причины. Просто следовали указаниям. Пришлось просить приехать дочку, которая бросила все экзамены, сессию и примчалась в тот же вечер ко мне. Еще сутки перед операцией я лежала без гипса, какого-либо лечения, просто обколотая обезболивающими препаратами, и ждала. Операция была назначена на утро. Около 6 часов добродушная медсестра принесла нам бритву, чашку с ледяной водой и вручила этот набор дочери», - сказала Наталья Ивановна.

Женщина вспоминает, что этот момент был буквально переломным для них. Одна – юная первокурсница, переживающая до кома в горле за самого родного человека, который еле сдерживал слезы. Вторая – взрослая, сильная и такая беспомощная женщина, считающая, что скинула с себя ответственность на своего ребенка. Но помощи ждать было неоткуда.

«Я помню, что перед операцией дочка все время пыталась меня приободрить: шутила, напоминала о веселых ситуациях из жизни, а когда в коридоре раздался шум от приближающейся тележки, все спокойствие как рукой сняло. Со всех сторон только и слышались приказы, отданные в наш адрес, то ногу не поднимай, то быстрее давай, то поднимай, то опускай», - негодует пенсионерка.

Хрупкой девчушке собственноручно пришлось перетягивать мать с койки на тележку, пока медицинские сестры раздавали указания, чтобы не усугубить и без того тяжелое положение женщины. К слову, после операции было не так сложно повторять уже немного привычные манипуляции. Всю работу выполнял ребенок.

«Я два месяца лежала на вытяжке. Дочка все время находилась со мной. Спала на кресле в палате, кормила, так как по графику прием пищи был предусмотрен только два раза в день, меняла утки, мыла меня, расчесывала и умывала, а на новый год, который пришлось встречать в больничной палате, чтобы мне совсем не было тоскливо, наклеила на окно снежинки, вырезанные из бумажных салфеток», - вспоминает пенсионерка.

Она рассказала, что на третий месяц пребывания в больнице, ей принесли костыли и сообщили о необходимости начала реабилитации, которая подразумевала попытки встать с койки и даже попробовать ходить на костылях.

«Я была в ужасе, панике. Много плакала, капризничала, ругалась на ребенка, который буквально силой пытался поднимать меня и заставлял сделать хоть шаг на костылях. Врачи не приходили на обходы, не интересовались моими успехами, а на робкие попытки дочки пригласить работников в палату, никто не отзывался. Если бы я тогда могла ходить и ушла, никто бы и не заметил. Получается, что дочь заново научила ходить, хотя, к своему стыду, ей в тот момент доставалось не слабо. Все свои отчаянье и боль я выливала в агрессии на нее, а она молчала, терпела и находилась около меня каждый миллиметр, шаг за шагом», - сообщила пенсионерка.

Точкой кипения была фраза медицинской сестры о том, как было бы хорошо, если бы семья Сергеевых смогла отблагодарить врача и персонал за оказанную услугу, и выполненную работу.

 «Я так ужасно себя чувствовала, что молча кивнула мужу, который вытащил деньги из кошелька и отдал их работнику вместе с пакетом продуктов, который был предназначен мне. Беспокоился, чтобы не была голодной перед длинной дорогой, а в итоге подарил все врачам. Я ни ханжа, ни жадина. Знаю, что каждый труд, особенно достойный, должен поощряться, мотивировать. Но в тот момент, мне кажется, я разочаровалась в каждом медицинском работнике», - пояснила женщина.

Она до сих пор не понимает, как люди, которые столько лет отдают сложной учебе, получают образование, дают клятву Гиппократу, могут просто промолчать, когда другому плохо или не оказать помощь, если в ней остро нуждаются.

«Я сотни тысяч раз пожалела, что настояла о получении юридического образования, а не медицинского, как хотела она. Из нее бы вышел прекрасный, отзывчивый, настоящий специалист. Но мне кажется, что она станет не менее квалифицированным юристом и, возможно, когда-нибудь сможет найти управу на вот такие организации, таких врачей, для которых чужие жизни измеряются деньгами и пакетом продуктов», - заключила пенсионерка.

Читайте новости Pensnews и обсуждайте в Telegram
Вступить в группу
Комментарии (0)