27 июня 2021, 19:24
2021-06-27T19:24:04+10:00 2021-06-27T19:24:04+10:00

«Вода, воровство и ужас»: наводнение – это не просто стихия!

О беде, глазами очевидца
Лидия Реутова

Думаю, многие помнят, как в сентябре 2016 года на Приморье обрушился тайфун «Лайонрок», который, не побоюсь сказать, вошел в историю своими сокрушительными масштабами и убытками. Какие-то села не так критически подверглись урону от наводнения, а другие же, наоборот, тонули под толщами воды. Это было страшно.

В конце августа 2016 года все СМИ пестрили экстренными предупреждениями о том, что на берег Японии надвигается очередной тайфун, мощь которого должна была превзойти все критические отметки. Люди неохотно верили, и только самые скрупулезные жители отдаленных сел запаслись небольшой провизией в виде чистой воды и продуктов питания.

Мой «Лайонрок» начался 3 сентября, когда отец не вернулся с работы домой. Вроде бы и причин бить тревогу не было. Я ведь знала, что практически всю жизнь занимаясь перевозкой леса, в дороге случалось всякое: то колесо лопнет, то мост обрушится под тяжестью многотонника, то просят коллеги вернуться и вытянуть КАМАЗ из полыньи, да и связи часто не бывает, но на сердце лежал камень.

Утром 3 сентября, когда отца не было дома третьи сутки, а телефон упорно твердил, что абонент недоступен, я отправила дочь в сад, а прямиком оттуда направилась на работу отца, чтобы задать несколько вопросов его руководству, но меня встретила пустая территория, где только местные псы были рады мне.

Пока добиралась в Администрацию, сумела дозвониться начальнику, но он «лыка не вязал», а когда пригрозила полицией, уверил, что все под контролем.

В Администрации пришлось пошуметь. Кое-как добившись «аудиенции» сбивчиво объясняла, что водители уехали в отдаленное село Березовка три дня назад и пропали. К этому времени в кабинете возник какой-то мужчина, представившийся заместителем директора компании, в которой трудился папа. Все было плохо.

К моменту начала поисков папы в большинстве сел был зафиксирован очень резкий подъем воды. Как отмечали жители сел – будто кто-то открыл кран и хлынула волна. Многие жители стали спешно покидать дома, оставляя нажитое имущество и хозяйство.

Не вспомню, как звали мужчину, который присоединился к нашему разговору, но в конце приема у руководителей он поспешно вышел и кивнул мне, чтобы следовала за ним.

В Администрации нам сказали, что все дороги, ведущие в село Березовка, включая самодельные мосты, смыло потоками воды. В селе нет света и где находятся несколько водителей, «груженых» лесом, никто не знает. Известно лишь, что их видели 1 сентября, когда они направлялись на выезд из села.

Нас пытались обнадежить, мол, успели выехать, просто воды много, наверное, где-то пережидают, а потом добавили, что в с. Уборка экстренно направляются курсанты Сибирской академии МЧС города Красноярска, глава регионального МЧС Олег Федюра, а также вице-губернатор Приморья Евгений Вишняков. К ним направились и мы.

Куда ехали, зачем? Неизвестно. Садясь в чужую машину, я даже не была уверена, что рядом со мной человек, имеющий отношение к папиной работе. Просто молча ехала, потому что знала, что где-то нужна помощь.

Кое-как добравшись до пункта назначения по жуткому дождю пришли в ужас – село практически ушло под воду. Если в начале населенного пункта дорогу, возвышающуюся над домами, окружали затопленные огороды, то дальше по бокам трассы бил огромный поток воды. В некоторых местах в домах даже не было видно окон, а в конце села и вовсе дорога ушла на дно. Дальше – только вплавь.

Вышли посреди дороги, а вокруг все, как в малобюджетном кино: взволнованные люди, покидающие свои дома, спасая сейфы, микроволновки и кур, ливень, не стихающий ни на минуту, гул от воя собак, которых «заботливые» хозяева оставили захлебываться в «руках» стихии.

Уходя из дома утром с полной уверенностью, что я до детского сада и назад, стоя под дождем промокла за секунду. С собой только сотовый телефон, который пришлось закутать в целлофановый пакет, найденный на обочине.

Чтобы не сойти с ума в ожидании помощи, стараясь дозвониться до отца, решила пройтись вдоль дороги. Лучше бы не решала.

Вижу, как от дома, где практически половина окон ушла под воду, спешно отъезжает грузовичок, переполненный вещами и людьми, а спустя пять минут в его калитку входит человек с зонтом, в броднях и пакетом в руках.

«Извините, а это ваш дом?», - спрашиваю неловко.

«Нет. Да и какая разница?! Люди уже потеряли все!», - отвечает мужчина и исчезает в недрах дома, а я стою и молча смотрю ему в след.

Да и что говорить? Шлепаю по реке, застилающей дорогу, дальше. Кроссовки размокли, толстовка тянет вниз и предает тяжести, но делать нечего.

А вот и еще один дом, который остался без хозяев. Уезжают, заталкивая свинушку в кузов машины. Подождите, а как же ваш пес?! Собака отчаянно бьет лапами об воду, изредка уходя под воду. А потом выныривает и старается зацепиться лапами за забор, но цепь не дает. Чуть сердце не разорвалось.

«Помогите собаке! Помогите!», - мечусь, как городская сумасшедшая по трассе, бросаясь к убегающим людям, а они отмахиваются и уезжают.

В детстве я была папиной дочкой. Как хвостик за отцом: он в гараж – и я в гараж, он в магазин – и я с ним, он на рыбалку, а я уже на пороге с пластиковым ведерком. Папа научил меня ездить на машине, ловить рыбу, забивать гвозди и плавать, да только воды я боялась.

В момент, когда я стояла в абсолютном чужом селе, с окружающими меня незнакомыми людьми, промокшая так, что и Барто не снилось, решила не убегать.

Шагнув к дому с дороги, где за жизнь боролся выбившийся из сил пес, сначала было нестрашно. Потом воды стало по колено, потом чуть выше, потом по пояс. Я шла и спотыкалась об невидимые преграды в воде, направляясь к собаке. Отчаявшийся пес даже не старался укусить, хватаясь за меня лапами, царапая и иногда сбивая с ног и без того в сильном речном течении. Расстегнула ошейник. Уплыл к сараюшке, где забрался на какое-то деревянное сооружение. А дальше что?

Выбралась из воды, решилась на миллионный звонок отцу.

«Да! Алло, дочь!», - услышала даже не надеясь.

«Папа!», - закричала на всю улицу. Жив!

Связь еле ловила, кое-как смогла разобрать, что произошло. Оказалось, что, когда он и еще несколько водителей, загрузились лесом и поехали на выход из Березовки, начался сильный ливень. Выезжали потихоньку, не торопясь, но кто-то из колонны провалился по размытой дороге. Приняли решение вытянуть товарища и всем выезжать, но пока буксировали машину, груженную лесом, от усилившегося дождя во всей округе размыло дорогу, а мосты попросту смыло. Несколько машин и их водители остались на небольшом участке земли, со всех сторон отрезанные от суши водой.

По рассказам отца, в первый день ребята попытались проехать по еще не совсем разлившейся реке, но многотонник просто смыло. Первая ночь прошла относительно спокойно: кутались в то, что было, много курили, даже умудрились приготовить ужин из того, что осталось в дороге, но впереди ждал не один день.

Разговаривая с папой все время прерывалась связь. На момент звонка папа объяснил, что они два дня уже не ели, воды нет, все промокло и они замерзают. А потом папа сказал, что очень хочет курить, к тому же, с ними находился человек, которому необходимо колоть инсулин, а лекарства больше нет, поэтому собрался попробовать переплыть бурлящую реку.

Мы поругались. А когда я немного остыла, перезвонила отцу, а трубку взял не он.

«Где папа?», - крикнула в трубку.

«Он ушел. Сказал, что хочет попробовать перебраться на другой берег. Помогите нам, пожалуйста! Я так больше не могу!», - заплакал в трубку мужчина. И я заплакала.

К этому времени в место нашей дислокации начали стягиваться сотрудники МЧС, пришла тяжелая артиллерия в виде моторных лодок, катеров, теплых курток и горячего чая, а когда приехал Вишняков, пришлось назойливо постучать в окно автомобиля, в котором он сидел.

Надо отдать должное, человек выслушал всю историю от начала и до конца, вызвал Федюру, объяснил всю ситуацию и поручил вызвать вертолет, который должен был направиться на поиски папы и его товарищей.

Потянулось время, лодки и люди мелькали туда-сюда, а потом меня подозвал Вишняков и сказал, что возможности спасти отца нет – отсутствует место для посадки вертолета в густом лесу, но машины с воздуха видны.

Предвкушая мою подступающую истерию, вице-губернатор успокоил меня, сказал, чтобы ехала домой и собирала еду, теплые вещи, воду и все необходимое, а потом везла сюда для передачи вещей на вертолет, который сбросит сумки в месте дислокации водяной ловушки.

Он успокоил меня, сказал записать номер его телефона, чтобы по возвращению в Уборку могла позвонить ему и передать вещи на вертолет. Мы уехали в Чугуевку, где кинулись по магазинам и домам, собирая зимние куртки и теплые носки.

«Пап, что в-первую очередь необходимо?», - спрашивала у отца, который, сидя на каком-то дереве для поддержания связи, наконец-то позвонил.

«Сигарет побольше и инсулин в ампулах», - ответил папа.

Мужчина, с которым мы встретились в Администрации, без слов возил меня везде, куда я просила, а потом достал кошелек и протянул оттуда деньги, чтобы я смогла купить продукты для пленников.

Собрав сумки, мы помчались назад, а по приезду нас ждало разочарование – вертолет не поднимется в воздух из-за сильного ливня, грозы и минимальной видимости.

Собрали какой-то консилиум, на котором приняли решение ждать, пока хоть немного стихнет дождь, а пока курсировать по деревне, исключая случаи, когда кто-то мог не покинуть затопленную территорию.

Время тянулось, как жвачка, но как только дождь стал немного стихать, нас закинули с сумками в машину и отвезли к вертолету. Ждали связи с пилотом, но он передал, что будут стараться поднять людей, так как у кого-то из ребят была сломана нога, а другому мужчине, с сахарным диабетом, было совсем плохо.

Остались ждать на берегу, шлепая по затопленной дороге. Олег Федюра дал распоряжение покинуть территорию села, так как находиться там становилось опасно из-за стремительного увеличения воды, но мы все ждали. Как уехать, если вертолетом сюда сейчас должны доставить людей?

Вице-губернатор уверил нас, что отдал распоряжение совершить посадку вертолета в Чугуевке, на территории ледового дворца «Олимп», так как места для посадки вертолета больше нет, все в воде. Пришлось уезжать.

Из окна машины мелькала вода. Ехали с надеждой, что нас не обманули. Иногда по дороге встречались люди с сумками, которые, опустив головы, шли в неизвестном направлении. У людей не осталось ничего.

По прибытию в Чугуевку большое количество людей толпилось на площадке «Олимпа», ожидая своих отцов, мужей и братьев, а когда услышали где-то в воздухе такой долгожданный звук вертолета, бросились распихивая телевизионщиков в разные стороны, к месту посадки авиатехники.

Мокрые. Грязные. Голодные. Живые.

По данным МЧС от тайфуна «Лайонрок» погибло 157 человек, включая главу регионального МЧС Олега Федюру. После разрушительного тайфуна в Приморье было подтоплено более 5 тысяч домов, 500 придомовых территорий, повреждено 58 участков дорог протяженностью почти 90 км, разрушено 18 мостов, отсутствовала связь с 23 населенными пунктами.

Как показала практика, к борьбе со стихийным бедствием не был готов никто: ни население, ни службы.

Радует одно, что беда сплотила всех: в экстренном режиме работали спасатели и дорожные службы, сотрудники участка электрических сетей не прекращали свою работу круглосуточно, а волонтеры множились с каждым днем, открывая пункты помощи пострадавшим от наводнения, где людям предоставляли ночлег, горячую еду и теплую одежду. Боролись с бедой, как могли, а когда тайфун капитулировал, возвращаться людям было некуда. Не было ни дома, в который можно вернуться, ни вещей, которые оставались в нем, потому, что «заботливые» люди разграбили имущество, ни урожая, который растили непосильным трудом, а впереди была лютая зима.

Уже столько лет прошло со дня начала Приморского стихийного бедствия, но до сих пор людям помнятся размытые могилы на кладбищах, утонувшие люди и животные, которые не сумели спастись, дети, плачущие на крышах домов, мелькающие оранжевые спасательные жилеты и ужас, который сковывал душу.

К чему все вспомнилось? К тому, что сегодня во многих населенных пунктах края и не только у людей снова погибает урожай, тонут огороды, а мы сидим и смотрим на этом через страницы «Инстаграма».

Иногда слишком мало просто смотреть и понимать масштабы катастрофы, гораздо важнее приложить максимум усилий, чтобы предотвратить беду.

Поэтому, если вы регулярно смотрите новости или слышали, что надвигается тайфун, сделайте все и даже больше, чтобы спасти себя!

Комментарии (0)